Большой театр - «Дон Карлос»

07 Март 2014
K2_ITEM_AUTHOR  Александр Глушков
Фото Дамира Юсупова с официального сайта Большого театра

Большой театр, среди череды скандалов, разрушающие главное в театре — искусство и творчество — всё же выпустил премьеру оперы Дж.Верди «Дон Карлос», которая, вдруг, в одночасье, оказалась под угрозой отмены. Но, быть может, благодаря генеральному директору Большого Владимиру Урину спектакль и выпустили, хотя создавшаяся ситуация с уходом главного дирижёра театра Василия Синайского негативно сказалась на премьерной серии показов.

«Дон Карлос» — масштабное, во всех смыслах, полотно Джузеппе Верди, к 200-летию которого и была приурочена постановка оперы, прошла на Исторической сцене 6-ть раз, с двумя составами исполнителей. Появление этой оперы в репертуаре Большого ознаменовалось ещё одним событием: постановка британского режиссёра Эдиана Ноубала вернула шедевр итальянской оперы на сцену Большого театра спустя ровно 50 лет. Предыдущая постановка «Дон Карлоса» состоялась в 1963 году на сцене филиала Большого театра — Кремлёвского Дворца Съездов — в постановке Иосифа Туманова и художника Вадима Рындина, поставленная к 150-летию Верди, ставшая знаковым событием, как в столице, так и в истории Большого театра. Спектакль отмечался небывалой помпезностью, масштабом, должным размахом главного театра страны, что стало почти достоянием оперного наследия СССР. Постановка Туманова продержалась 25 лет. Нынешняя постановка «Дон Карлоса», которая поставлена аккурат к очередному юбилею композитора, вернулась на сцену Большого, и не уступает предыдущей. Постановка Эдриана Ноуба вполне может конкурировать с европейскими спектаклями. Выпустив спектакль Большой театр показывает, что его обращение и интерпретации оперы «Дон Карлоса» во все времена — успешная работа!

Главное достоинство спектакля — это представление традиционной большой оперы Императорского театра. Спектакль не претендует на открытие и революцию, от чего в некоем роде уже устали, как зрители, так и сами артисты. «Дон Карлос» Большого театра — большая классическая опера, которая представлена в интересной интерпретации британского режиссёра. Режиссёр не ставит задачу удивить зрителя постановочными трюками и машинерией! Здесь главное — сюжет, взаимодействие героев и музыка гения, 200-летие которого отмечает весь мир. (К 200-летию Верди была приурочена и постановка «Травиаты», которая была поставлена Франческой Замбелло год назад; таким образом Большой отметил двухвековой юбилей композитора двумя премьерам. Честно говоря, странно, что не «Аида». Ведь Большой театр без «Аиды» — это, ни больше ни меньше — нонсенс. Ну да, за «Аидой» мы пойдём в Музыкальный театр им. Станиславского и Немировича-Данченко, где Петер Штайн поставит легенду вердиевского наследия – премьера: 11 апреля 2014 года.)

«Дон Карлос» — это смесь политики, интриг, фанатизма и любви. Сам Верди говорил о создании оперы: «Это будет страшная вещь». Сама по себе шекспировская тема о абсолютной монархии, зловещей инквизиции ретрограда, мщение и самопожертвование — уже вещи страшные, и этими нотками страха пронизана вся партитура оперы. Уже с начала увертюры в музыке монументальность ужаса масштабной оперы «Дон Карлос». К тому же, Эдриан Ноуб придаёт спектаклю мистичности: в самом начале из гробницы Карла V выходит призрак, а в самом финале оперы он и забирает Дон Карлоса с собой — эффект впечатляющий, от чего «кровь стынет в жилах».

Художник спектакля Тобиас Хохайзель, известный своими смелыми идеями — создаёт на сцене Большого театра единую монументальную декорацию: гигантский коридор, то в серых, то в багровых тонах, уходящий в бесконечность; своего рода, портал времени: из огромных проёмов гигантского коридора выходят персонажи в своём историческом обличие времён короля Филиппа. Костюмы немецкого художника Морица Юнге придают театральную историческую достоверность происходящего. (Правда, костюм короля Филиппа в начале третьего акта породил неверные ассоциации с Отелло: уж очень был похож на Мавра в одной из постановок «Отелло» в La Scala.) Уже только в сценографии есть большая доля мистика, которая прозрачным трафаретом наложена на действие оперы, где происходит настоящее сражение чувств и взаимоотношения героев. Здесь нету ничего лишнего, никаких режиссёрских изысков. Быть может, даже сцена Кабинета Короля проходит немного скучно, когда Филипп размышляет о своей жизни и о бремени тяжких забот.

Сама постановка кажется слишком омрачённой даже в музыкальном плане: медленные «ноющие» темпы, паузы, кажущиеся слишком затянутыми – оправданы. За основу взята миланская редакции оперы 1884 года, в которой зритель с первых аккордов увертюры погружается сразу в гущу глобальной трагедии. Тяжеловесность восприятия добавляется ещё и тем, что огромная опера разделена лишь одним антрактом. Таким образом, первое действие длится почти два часа, что мне показалось не совсем верным: зритель устаёт от нагнетания музыкальной мощи оперы. В этой постановке, трёх антрактов не хватает даже только для того, чтобы «придти в себя», в то время, как два часа зритель подвергается музыкальному прессингу, финал первого акта которого, буквально добивает, где зрителю представляют зрелищную мрачность истории империю, главенствующая властью короля, инквизицией и армией.

Финал первого действия постановки — одно из впечатляющих мест спектакля – отсылка в наши дни. На главной сцене страны вновь театральным приёмом показывают суть сегодняшнего времени через аутодафе, где жертвой становятся безвинные еретики на фоне разборок короля с наследником, которым и дела нету до простого народа. Ноубол сопоставляет подлинный мир Испании XVI века и сегодняшнюю Россию. Извечные темы про изуродованное общество, где ведётся борьба с инакомыслием, а живые человеческие эмоции опасны и влекут за собой гибель, актуальна как никогда! (Даже грязный снег, который лежит по углам коридора в гиперболизированной перспективе, косвенно указывает на адрес конкретного места действия, так тонко и мощно подмеченный художником-провидцем спектакля Тобиас Хохайзель. Не даром о нём сказано: «Его видение всегда оригинально и предсказуемо только в том плане, что вы можете быть уверены: он удивит и восхитит.»)

Из музыкальных откровений, в этот вечер для меня стал сам Дон Карлос, которого исполнял тенор Андреа Каре — одно из самых ярких впечатлений, среди таких маститых солистов как Дмитрий Белосельский в партии Филиппа и Вероника Джиоева в партии Елизаветы. Разочарованием стало сопрано Мария Гулегина дебютировав не только на сцене Большого театра, но и в партии Эболи. На поклонах Гулегина получила несколько огромных букетов и большую корзину цветов от Дирекции Большого театра, которая выказала, таким образом, почтение и уважение перед мировой оперной певицей, которая, в свою очередь не обнадёжила своим исполнением любителей оперы в этот вечер. За пультом стоял приемник Василия Синайского Роберт Тревиньо, который готовил спектакль вместе с ушедшим из Большого театра главным дирижёром.

История сценических воплощений оперы Верди «Дон Карлос» на сцене Большого театра получила прекрасное продолжение. С момента первой постановки в Большом театре — 2 ноября 1876 года — «Дон Карлос» лишь трижды был поставлен. Причём второе обращение к опере было в 1917 году по инициативе Фёдора Шаляпина, где он исполнил Короля Филиппа. Спектакль состоялся только один раз! Нынешняя, четвёртая постановка «Дон Карлоса» на сцене Большого театра представляет то настоящее в опере, что так ценится зрителем: торжество оперного жанра в его канонических истоках. И хочется надеется, что постановка Эдриана Ноубла надолго останется в репертуаре Большого театра, который сквозь свою скандальную сущность не будет препятствовать редким мгновениям проявления настоящего в жанре «большой оперы».

Эдриан Ноубл:

«Я из тех режиссеров, которые доверяют авторам и следуют за их драматургией. Великие произведения говорят с нами напрямую через века. И та история, что привлекла в свое время одного из «главных“ романтиков — Шиллера, а затем и Верди — актуальна и сейчас: проблему государства и личности, политики и свободы человека. В «Доне Карлосе“ жажда свободы, и я бы даже сказал, что дух восстания просто витает в воздухе, что сегодня происходит в России.

Мне показалось естественным и логичным не переносить действие оперы в другое время. Атмосфера Испании XVI века сама по себе произведёт шокирующее впечатление на современного зрителя.

Каждый персонаж в каком-то смысле находится в тюрьме, каждый связан своим долгом. Филипп II не может быть отцом своему сыну — он монарх, осознающий свою миссию перед богом и империей. Дон Карлос — наследник огромной империи, но его убеждения абсолютно противоположны убеждениям его отца. Елизавета — королева, и не имеет права на проявление чувств. И все они ужасно одиноки».

Даже по отношению к себе самому Ноубл ставит спектакль про каждого из нас. Помимо удачной оперной постановке, спектакль правдив не только с точки зрения сегодняшней политики и государства, но и, при глубоком анализе постановки, оправдан с точки зрения психологии и человеческой гибели перед самим собой: темы, которые всё чаще затрагивают художники и режиссёры на театральных подмостках. Ноубл приближает Большой театр, к своему истинному предназначению – институту театра в высшем значении этого слова: разговор один на один со зрителем о вечных ценностях бытия. А дальше, уже зависит о степени запросов в потребности того зрителя, который приходит сегодня в Большой! «Ищущий — да услышит! Спрашиваемый — да найдёт!».

K2_LEAVE_YOUR_COMMENT

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Top
We use cookies to improve our website. By continuing to use this website, you are giving consent to cookies being used. More details…