Новосибирский театр оперы и балета - Травиата

16 Август 2014
K2_ITEM_AUTHOR  Екатерина Акимова
Фотографии взяты с оф. сайта театра.

Новую версию представила команда, уже известная зрителям по таким спектаклям, как "Месса" Леонарда Бернстайна, принесшая театру две "Золотые маски", и "Жанна д`Арк на костре" Артюра Оннегера. Музыкальный руководитель и главный дирижер театра Айнарс Рубикис, режиссер Резия Калныня, художник-постановщик – Кристапс Скулте, художник по костюмам – Анна Хейнрихсоне и художник по свету – Игорь Капустин (последние трое работали над «Мессой»).

В новой режиссерской версии постановка основана на психологизме и раскрывает героев, окружающее их общество и мотивы их поступков с новой стороны. Все эти моменты подчеркиваются мельчайшими деталями в сценографии, как совсем очевидными, так и теми, которые нелегко понять и даже заметить с первого раза.

Все действие спектакля происходит «на виду», задний план - полукруг (точнее, полуовал) стен, состоящих из вращающихся сегментов, перекликающихся с мыслью режиссера о том, что жизнь и поступки схожи с калейдоскопом - поворачивая, получаешь одну картинку, повернул бы в другую сторону или на больший угол - получил бы другую. Так и зеркальная комната на балу у Виолетты сменяется прекрасным садом в деревне, а затем на больнично-белоснежную плитку. Через эти же стены появляются и исчезают в жизни героев остальные действующие лица. Дважды Виолетта видит там Альфреда – когда он в первом действии прерывает её «Semprelibera» и в болезни. В бреду на смертном одре стены вовсе мелькают перед Виолеттой настоящим калейдоскопом её жизни. Но, в сущности, все эти стены - лишь одна большая клетка различных условностей, в которой находятся главные герои. Так же клетки – это люстры, которые на вечере у Виолетты опускаются на столы, в них оказываются люди на балу, и из одной из таких «клеток» -условностей совершенно не случайно Виолетта поет о том, что не умеет любить, но из которой все же выйдет навстречу проникновенным словам Альфреда о любви. Тема клеток продолжается и в деревне – в них сидят белые голуби. Виолетта и сама как птица, что подчеркивается её костюмами – платьем со шлейфом, халатом-кимоно с рисунком под павлинье перо и широкими рукавами, струящееся по воздуху одеяние цвета фкусии, так же с длинным шлейфом.

Роль декораций в основном берут на себя стены, остальное  по большей части – минималистичная необходимость. В первую очередь это небольшой диванчик и два кресла, которые в конце соединяются в единое целое, очертанием своим напоминающее ладью. Помимо этого – столы. К сожалению, есть небольшой минус: детали декораций постоянно фиксировали специальными педалями, которые очень сильно гремят.

Свет в этой постановке мягок и ненавязчив и не играет особой роли. Важную смысловую нагрузку он несет в самый последний момент – когда умирает Виолетта, ее жизнь гаснет вместе с направленным на неё лучом.

Много внимания режиссер Резия Калныня (которая так же известна и как драматическая актриса) уделила психологии персонажей. Даже работу над оперой она начала в первую очередь с обсуждения с солистами либретто оперы, мотивов и поступков героев.

Виолетта, обычно представляется просто жертвой обстоятельств, но в этой опере она имеет свой характер, личный опыт и внутренний мир, которые во многом и служат мотивом её поступков. Из всех действующих лиц только Виолетта пытается искать выход из ограничивающих условностей-«клеток». Сперва тогда, когда понимает, что она любит Альфреда, с криком "Невозможно!", затем - уже умирая. И только она в конце концов покидает эту клетку, уплывая в креслах-ладье в реку-Стикс за раздвигающимися стенами.

 Альфреда же хоть и нельзя назвать совсем безликим, но в этой постановке он человек достаточно безвольный, увлекаемый всеми страстями - любовью к Виолетте, жаждой мести, подчинением отцу.

Другое дело - Жорж Жермон. Он авторитарен, расчетлив. Он ищет слабое место своего собеседника, чтобы надавить - так он давит на благородство Виолетты и на почтительное отношение, когда просит Альфреда приехать в Прованс. Только в конце Жермон понимает, сколько боли причинил им, и от этого страдает.

Новый смысл приобрели лечащий доктор Виолетты Гренвиль - жизнь и служанка Аннина - смерть. Остальные же второстепенные персонажи совершенно безлики.

Визуально постановка сделана очень качественно, ярко, и радует глаз. В новой версии появились такие сцены, как «гадание» девушек в образе цыганок на балу у Флоры Бевуа, а мужчины-матадоры поют о храбром Пикильо, поборовшего пять быков для того, чтобы доказать любимой свои чувства. И если хор в основном стоит или перемещается по четким геометрическим линиям, то сопровождающий мужской хор танец матадора, полный непростых деталей, доставит настоящее наслаждение любителям балета.

 Хочется отметить отличные костюмы, так же подчеркивающие характеры персонажей и несущие в себе такой же смысл, как и все остальные детали. По сравнению с обычными платьями "под XIX век" из прошлой постановки 1999 года, это выглядит как настоящий прорыв. Так, к примеру, очень характерен образ Аннины – высокой, статной исполнительнице этой роли очень подходит глухое, полностью закрытое черное платье в пол с телесным шлейфом и черной диадемой, украшающей собранные волосы. В противоположность ей доктор одет в полностью белый костюм. Не менее характерны образы Альфреда – на всем протяжении оперы это самые обычные безликие костюмы (а переодевается он несколько раз). Костюм же Жоржа Жермона подчеркивает его авторитаризм – пиджак с большим меховым воротом (который исчезает в последней сцене) и высокие кожаные сапоги.

Музыкальная сторона постановки впечатляет не меньше. Прекрасно и убедительно исполнила непростую партию Виолетты Валери молодая певица, сопрано Дарья Шувалова, достойно раскрыв всю глубину души своей героини, но так же практически открытием (ведь это первая её серьезная партия в главной роли) стал её вокал, кажется, совсем без усилий заполнивший огромный зал. Неплохи и оба исполнителя партии Альфреда – тенора Сергей Кузьмин и Владимир Кучин. Им обоим прекрасно удалось передать обуреваемого страстями человека – любовь и нежнось в первом действии, растерянность и жажду мщения в начале второго, и скорбь и отчаяние в конце. Однако настоящей звездой спектакля стал Жорж Жермон – любимец публики баритон Павел Янковский, вызывавший на премьере невероятный шквал аплодисментов и криков "браво". Свою партию он исполнил просто блестяще, так же и показал неприступного, авторитарного, но все же не окончательно зачерствевшего человека. Столь же горячо зрители приняли и прекрасно отыгравший оркестр, и дирижера-постановщика Айнарса Рубикиса.

Новая версия "Травиаты" пришлась по вкусу публике и наверняка займет достойное место в репертуаре театра на многие годы. Теперь это не просто красивая мелодрама, но спектакль, пронизанный психологизмом и полный деталей, которые можно и не заметить с первого раза. Лично для меня эта постановка буквально открыла "Травиату" с новой стороны, и только после неё я смогла принять и полюбить эту оперу. Прекрасный спектакль, на который хочется прийти еще раз.

K2_LEAVE_YOUR_COMMENT

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Top
We use cookies to improve our website. By continuing to use this website, you are giving consent to cookies being used. More details…